В трехстах километрах южнее Каира, недалеко от древней египетской столицы Фивы находится маленькая деревушка Эль-Амарна. В 1891 году английский археолог Флиндерс Питри раскопал рядом с ней большой песчаный холм, под которым обнаружились остатки целого города-Ахетатона, столицы, которую построил фараон-вероотступник Эхнатон. Это было настоящее сокровище для ученых – в отличие от других древних городов. Ахетатон не был ни разрушен, ни перестроен. Жители оставили его в одночасье, бросив вещи в домах, товары в лавках и даже домашних животных. Казалось, люди бежали от какого-то проклятия, задержавшись лишь затем, чтобы разбить статуи Эхнатона и соскоблить его имя со священных фресок. Хотя, скорее всего, это делали позже специальные чиновники, ревностно следящие за тем, чтобы в истории Египта покойный фараон остался лишь как «враг из Ахетатона».
Такой же «погром» царил и в мастерской придворного скульптора Тутмоса, которую в 1912 году обнаружил в Ахетатоне немецкий археолог Людвиг Бурхардт. Готовые и только начатые статуи фараона были разбиты на куски. Под осколками Бурхардт нашел чудом сохранившийся раскрашенный бюст женщины в высоком головном уборе. Увидев его, восхищенный археолог записал в дневнике только одну фразу: «Описывать бессмысленно – это надо видеть!» С ним согласится всякий, кто видел скульптуру – нежный овал лица, прямой нос, лебединая шея, прекрасные глаза. В том, что этот бюст – портрет супруги фараона. Нефертити, сомнений не было. Ее изображения сохранились на десятках фресок и барельефов Ахетатона.
Долгое время считалось, что Нефертити была дочкой фараона Аменхотепа III от младшей жены и, по египетскому обычаю, стала супругой своего единокровного брата – будущего Эхнатона. Однако последние исследования дают основания считать, что родители Нефертити были хоть и знатными, но всего лишь сановниками из Фив, столицы Египта. Так что для принца брак с ней был явным мезальянсом. Принц был хилым юношей с явным недостатком мужских гормонов. Статуи демонстрируют его округлые, почти женские формы, некрасивое лицо, сутулую спину. Не увлекаясь играми, войной и охотой, он все дни проводил в прохладе дворцовой читальни. Нефертити же была полной его противоположностью – красивая, волевая, любившая все удовольствия жизни. Она буквально очаровала принца. Ради нее будущий фараон нарушил неписанный закон Египта- как земное воплощение бога Солнца, он мог жениться только на своей сестре или. в крайнем случае, на иноземной принцессе. Однако эта традиция соблюдалась уже не так строго – ее нарушил и Аменхотеп III. отец принца, женившийся по большой любви на Тэйе. которая, как и Нефертити, была дочерью сановника. Влияние Тэйи на политику мужа-фараона было огромным. Об этом знали на всем Ближнем Востоке. Царь Митанни как-то писал Эхнатону: «Все, о чем говорил я твоему отцу, известно и матери твоей Тэйе». Нефертити по влиятельности превзошла свою свекровь. На высшую ступень египетской иерархии она взошла в 1360-х годах, когда после смерти отца двадцатилетнего Аменхотепа IV увенчали двойной короной Верхнего и Нижнего Египта, а Нефертити – тиарой с золотым змеем уреем, символом власти фараона. Ученые называют и другие даты этого события, иногда отстоящие на десятки лет – хронология Древнего Египта весьма приблизительна. Несомненно лишь одно – царствование нового фараона продолжалось 17 лет, и все эти годы Нефертити вместе с мужем правила Египтом. Супругу молодого фараона египтяне обожали. Барельефы с ее изображением украшали стены домов, и это были не просто портреты. Сохранился барельеф, на котором полуобнаженная Нефертити уселась на колени к мужу и целует его. Эти росписи не считались зазорными – все стороны жизни царственной четы были открыты и угодны богу солнечного диска Атону, которого фараон и Нефертити почитали более других египетских богов.
Между тем государственная казна, истощенная масштабным строительством и войнами в Сирии, была пуста. На пятом году своего правления царственная чета объявила, что отныне верховным богом становится не Амон, а Атон, и культ его возглавят не алчные жрецы, а сам фараон. Собственно, в знак этого молодой фараон и принял имя Эхнатон. что означает «угодный Атону». Более того – царственные супруги решили покинуть Фивы, пропитанные культом Амона, и построить на другом берегу Нила новую столицу – солнечный Ахетатон. В считанные годы в каменистой пустыне возник огромный город. Дворцы, дома знати, жилища для простых египтян и мастерские возводились одновременно. В скальной породе долбили ямы, заполняли их землей, а затем сажали в них уже большие деревья -ждать, пока они вырастут здесь, было некогда. Нефертити сама занималась украшением дворца фараона. Мозаичные полы имитировали водоемы с плавающими рыбками и порхающими вокруг птицами. Его стены были расписаны букетами лотосов и сценами из жизни Эхнатона и Нефертити. Саму царицу можно было регулярно лицезреть в храмах новой столицы. В обязанности Нефертити входило участие в обрядах, призванных поддерживать Маат – мировую гармонию. Она должна была умиротворить и умилостивить божество своей красотой. Во время священнодействия она склонялась перед образом Атона, пела ему, играла на систре – священном музыкальном инструменте, напоминающем погремушку. В то же время, по египетской иерархии, она сама была воплощением Атона, а точнее, его плодоносящей силы, поэтому ее отсутствие хотя бы на одном храмовом действе могло привести к неурожаю или еще более тяжким последствиям. Стены храмов Ахетатона были украшены гимнами, воспевающими живую богиню в самых пышных выражениях: «Чистая руками, великая супруга царя, возлюбленная им. владычица обеих земель, Нефертити, да живет она вечно!» Одновременно царица воплощала грозную богиню Тефнут, которая карала нарушителей сакрального порядка. На некоторых барельефах ее изображали в костюме воина, обрушивающей тяжелую палицу на головы врагов Египта. Но гораздо больше сохранилось изображений Нефертити в образе нежной матери. На фресках дети присутствуют вместе с ней и на религиозных церемониях, и даже на встречах царственной четы с иностранными послами. Поскольку у Эхнатона и Нефертити не было сына-наследника, всю свою любовь родители обратили на дочерей. Их было шестеро – Меритатон, Макетатон, Анхесенпаатон и умершие в раннем детстве Нефернеферуатон; Неферне-ферура и Сетепенра. Фрески, на которых принцессы играют у ног родителей, описал В. Набоков в «Лолите»: «Вот две из еще несозревших дочек Эхнатона и его королевы Нефертити, у которых было шесть таких – нильских, бритоголовых, голеньких (ничего, кроме множества рядов бус), с мягкими коричневыми щенячьими брюшками, с длинными эбеновыми глазами, спокойно расположившиеся на подушках и совершенно целые после трех тысяч лет». На четырнадцатом году правления Эхнатона неизвестная болезнь унесла его вторую и любимую дочь Макетатон. На стене усыпальницы, приготовленной для царской семьи в скалах, обрамляющих Ахетатон с востока, был выбит барельеф, запечатлевший отчаяние супругов. Отец с заломленной над головой рукой, другой рукой схвативший за руку жену, и мать, прижавшая руку к лицу. словно еще не верящая в свою утрату. Пожилая нянька рвется к телу любимицы, ее удерживает молодая служанка. Решив, что Атон отвернулся от него, Эхнатон возложил вину за смерть дочери на самого близкого человека. Имя Нефертити исчезло из официальных записей, ее изображение больше не появлялось на стенах храмов. Возможно. дело было не в скорби о дочери, а в банальном любовном увлечении, поскольку вскоре место Нефертити заняла одна из младших жен по имени Кийя У каждого египетского фараона было множество жен, однако обитательницы Женского дома, гарема, не могли сравняться в статусе с «великой царской супругой». Для Кийи же Эхнатон приказал выстроить великолепный загородный дворец МаруАтон и повелел изображать новую царицу рядом с собой на троне. Он даже увенчал ее двойной египетской короной, чего не было со времен женщины-фараона Хатшепсут. Сохранились изображения Кийи – маленькой, остроносой, разве только молодостью превосходящей ту, которую еще недавно величали «красавицей, прекрасной в диадеме с двумя перьями, владычицей радости, полной восхвалений… преисполненной красотами». Нефертити действительно сильно изменилась с годами. В мастерской Тутмоса сохранилась статуя Нефертити в возрасте 30-35 лет. Утратившая свежесть молодости фигура принадлежит уже не ослепительной красавице, а матери шести дочерей. Быть может, именно неспособность родить фараону наследника и стала одной из причин ее опалы. Но этого не смогла сделать и Кийя – уже через два года ее имя исчезло из храмовых надписей. Эхнатон решил, что подарить ему сына может только кровная родственница и пошел на шаг, беспрецедентный даже для Древнего Египта – женился на собственной дочери Меритатон, которой едва исполнилось пятнадцать. Через год она родила отцу… еще одну дочь, которую назвали Меритатон-младшей. На фресках «маленькая» Меритатон изображалась рядом с «большой», а вскоре рядом с ними появилась еще одна пара -старшая и младшая Анхесенпаатон, свидетельство того, что кровосмесительные наклонности фараона распространились и на другую дочь. Нефертити провела последние годы правления мужа под домашним арестом в одном из дворцов Ахетатона. Лишь когда новой царицей стала ее дочь Меритатон. повелевшая первым делом уничтожить все надписи с именем ненавистной Кийи, Нефертити вышла из заточения. По одной из версий, до самой смерти Эхнатона – в конце жизни фараон лишился рассудка – Нефертити, по сути, правила Египтом. Она пыталась спасти от угасания солнечный культ Атона, который с трудом приживался в стране. Египтяне, приверженные традициям, хранили верность старым богам и винили «выскочку» Атона во всех бедах – неурожаях, росте налогов и военных поражениях. Так продолжалось до того момента, когда на египетский трон взошел юный Тутанхатон, взявший в супруги дочь-жену покойного Эхнатона-Анхесенпаатон. При нем реальная власть попала в руки верховного жреца Эйе. который ради успокоения народа решил совершить «обратную рокировку», сменив Атона на Амона. В знак этого Тутанхатон («подобный Атону») стал Тутанхамоном. его супруга взяла имя Анхесенамон – «живущая для Амона». Жрецы старых богов объявили Ахетатон проклятым местом, и население в панике бежало из города. Имя Эхнатона уничтожалось так же беспощадно. Это была не просто борьба с исторической памятью; по египетским поверьям, тот, чье имя было стерто, лишался права на существование в загробном мире и обречен был вечно скитаться по земле. Удивительно, что к надписям, в которых упоминалась Нефертити, и к ее изображениям борцы с Атоном относились не так варварски – красоту египтяне ценили всегда. Когда и где упокоилась Нефертити, неизвестно. Ее мумия, изучение которой помогло бы ответить на многие вопросы, до сих пор не найдена. По слухам, царицу похоронили в потайном месте в горах неподалеку от Ахетатона. В конце XIX века бедуины якобы нашли там золотой саркофаг и переплавили его на слитки. Чуть было не пропали и изображения Нефертити, найденные в мастерской Тутмоса. Бурхардт тайно вывез их в Берлин, скрыв под слоем гипса. Во время Второй мировой войны коллекция, спрятанная в нескольких тайниках, чудом уцелела во время бомбежек. После войны она оказалась разделенной между двумя германскими государствами, и только в 1995 году ее вновь объединили в берлинском Египетском музее. Прекрасная Нефертити вновь пришла к людям, заставляя их забыть о давних политических интригах, о борьбе людей и богов, и помнить только одно – красоту, над которой не властно время. |
